Разделы сайта

***

Реклама


О чем повествуют летописи?

То, что в истории нашего Отечества немало «белых пятен», очевидно любому непредвзятому и добросовестному исследователю прошлого. И чем дальше по времени отодвинуты от нас события, тем большим количеством мифов и версий они окружены. XIV век – во многом переломное для судьбы Руси столетие – тому не исключение. Знакомство с книгами независимых исследователей приводит к убеждению, что существует немало исторических фактов, которые позволяют по-иному взглянуть на многие события нашего прошлого, в том числе и на сражение на поле Куликовом.

ИТАК, на каком внутриполитическом фоне произошла Куликовская битва? Как следует из «Сказания о Мамаевом побоище», отправкой такой стал пограничный спор между великим князем Дмитрием, имевшим резиденцию в Костроме, и рязанским и литовским князьями (соответственно Олегом и Ольгердом). Таких споров между феодалами было немало во времена раннего Средневековья. Их разрешали или на поле брани, или на ковре у «старшего начальника» (для князей Руси в ставке верховного правителя Золотой Орды). Соперники Дмитрия считали, что Москва принадлежит Литве (тогда западнорусскому княжеству со столицей в Смоленске), а Владимир, Коломна и Муром - рязанскому княжеству. В их планы входило вытеснить Дмитрия «либо в Новгород Великий, или на Белоозеро, или на Двину». Так утверждается в «Сказании о Мамаевом побоище».

Замысел Олега и Ольгерда выглядит вполне логичным. Они намеревались изгнать Дмитрия из спорных районов на восток, на признаваемую за ним территорию. Иной читатель может возразить: Новгород лежит на северо-западе от Москвы! Да, нынешний Новгород - действительно северо-западнее Москвы. Но древние летописцы не могли предвидеть, что при царях Романовых многие города поменяют свои названия. Поэтому они «летописали», исходя из тогдашних названий. Возможно, и с названием Новгород – Новый город не все так однозначно. Новых городов на Руси, после сожжения многих населенных пунктов в период установления власти правителей монгольской империи, было немало. Не исключено, что тот же Ярославль летописец мог считать новым городом, отстроенным на месте сожженного.

В этом случае все становится на свои места: князя Дмитрия намереваются вытеснить на признаваемые за ним земли (Новгород Великий – он же нынешний Ярославль, Белоозеро и Двину - районы, примыкающие к ярославской земле). Оговорюсь, это только мое предположение, «мысли вслух».

ДАЛЕЕ. Знаменитая битва произошла в 1380 году примерно в 300 километрах к югу от Москвы, утверждают школьные учебники. По официальной версии, поле Куликово расположено между реками Непрядва и Дон (ныне Куркинский район Тульской области). Но ни старинного оружия, ни следов захоронений погибших воинов на тульском поле Куликовом до сих пор не обнаружено. Да и размер поля явно мал для такой крупной битвы, на что, в частности, обратил внимание А.А. Гордеев в своей книге «История казаков». Одно сражение на тульском Куликовом поле, правда, достоверно установлено. Но оно произошло в августе 1542 года(!), когда русские войска преследовали отходящих на свои земли после набега на Московскую Русь крымчаков. Русские столкнулись с татарскими отрядами на этом поле и гнали их до реки Красивая Меча. Отсюда и объяснение немногочисленных находок средневекового оружия.

В то же время некоторые летописи указывают на то, что поле Куликово имелось и в Москве. Например, архангелогородский летописец, описывая встречу иконы Владимирской Божьей Матери в Москве во время нашествия Тимура в 1402 году, сообщает: «И принесоша икону и сретоша Киприян митрополит со множеством народу на поле, на Куличкове, иде же ныне церкви каменна стоит во имя Сретенья Пречистыя, месяца августа, в 26 день» (Архангелогородский летописец. Полное собрание русских летописей, т.37). Эта церковь и сегодня стоит в Москве на Сретенке, а рядом с ней есть место, до сих пор известное под своим древним названием - Кулишки. На Кулишках расположена церковь Всех Святых, которая, по старому преданию, была построена Дмитрием Донским в память о воинах, погибших на Куликовом поле. В современных книгах, посвященных истории Москвы, поле Куличково почему-то упорно именуется авторами как поле Кучково. Забыто ныне и то, что еще три-четыре столетия назад Покровские ворота имели второе название - Кулишские.

В пользу этой гипотезы о месте расположения поля Куликова говорит и ряд старых московских названий. Известно, что во время битвы Мамай руководил своим войском с Красного Холма, а прямо к Кулишкам (к Яузским воротам) спускается очень высокий холм, который москвичи в старину называли Красным Холмом. Рядом с этим местом до сих пор находятся Краснохолмская набережная Москвы-реки и Краснохолмский мост.

«Сказание о Мамаевом побоище» неоднократно фактически «накладывает» на Москву Коломну, откуда, по общепринятой версии, Дмитрий выступил с войском на Мамая. Летопись повествует, что Дмитрий собирает полки в Коломне, и тут же утверждает: войско выступило на битву из Москвы. В летописи также говорится, что князь, узнав о готовящемся нападении Мамая, приказал своим соратникам собраться в Москве, а через страницу ведет речь о сборе полков в Коломне. Это кажущееся противоречие снимается, если согласиться с мнением о том, что под Коломной (нынешняя Коломна находится примерно на удалении 100 километров от столицы) следует понимать село Коломенское на окраине Москвы.

По пути на поле битвы Дмитрий устроил смотр своему войску. В «Сказании о Мамаевом побоище» говорится: «Наутро же князь великий повел выехать всем воинам на поле к девичьему монастырю». В излучине Москвы-реки по сей день стоит Новодевичий монастырь, а поле около него называлось Девичье поле. Сохранилось и название «Проезд Девичьего поля». На территории московских Кулишек, согласно одной из гипотез, и произошла битва, в ходе которой Великий князь Владимирский Дмитрий разбил войско темника Мамая.


ИНТЕРЕСЕН состав войска Мамая, финансировавшегося генуэзцами. В него входили генуэзская пехота, отряды воинов из западнорусских областей, Рязанского княжества и даже Польши. О присутствии польских отрядов в «монголо-татарском» войске рассказывают одна из русских летописей (Полное собрание русских летописей, т. 25), а также Карамзин (Карамзин Н.М. История государства Российского. Т.5). Лев Гумилев в свою очередь считает, что на стороне темника Мамая сражались поляки, крымцы, генуэзцы, ясы, касоги, а вот волжских татар в его войске было немного (Гумилев Л.Н. От Руси до России).

Союзником же Костромского князя Дмитрия считались волжские и сибирские татары. Конница Дмитрия была сформирована, как писал Гумилев, «из крещеных татар, перебежавших литовцев и обученных в татарском конном строю русских». Именно эти конные подразделения князя и решили исход битвы в его пользу. Примечательно: в летописях ордой называлось не только войско Мамая, но и полки Дмитрия Донского. «Задонщина» приводит такие слова в адрес Мамая после его поражения: «Чему ты, поганый Мамай, посягаешь на Русскую землю? То тя била орда Залеская». Залеская земля, напомню, - это Владимиро-Суздальская Русь.

Древнерусские миниатюры, изображавшие битву на Куликовом поле (например, миниатюры из Лицевого свода XVI века), не случайно одинаково изображают русских и татар. Куликовская битва была не битвой между русскими и татарами, а скорее сражением многонационального войска князя Дмитрия против войска Мамая (также многонационального), претендовавшего с подачи своих западноевропейских друзей на трон правителя Золотой Орды.

Личность Мамая – еще одна загадка истории. Есть основания предполагать, что этот темник, т.е. один из военачальников Золотой Орды, не был «татарином». Имя Мамай вообще довольно часто встречалось в прошлые века на Кубани, принесенное туда первопереселенцами, запорожскими казаками.

Но дело в конечном счете не в национальности темника, разбитого Великим князем Дмитрием: в те времена в южнорусских степях обитало немало народов, чьи потомки называют сегодня себя русскими или татарами. Более интересно то, что Мамай имел тесные связи с обосновавшимися в Крыму генуэзцами, игравшими во времена Средневековья важную роль в тогдашней «мировой политике». Перед Мамаем стояла задача перекрыть Дон – единственную реку, по которой княжества Северо-Восточной Руси могли осуществлять международную торговлю. Дон являлся северной частью Великого шелкового пути, за контроль над которым в те времена шла жестокая борьба, как ныне мировые центры силы конкурируют между собой за установление контроля за маршрутами магистральных нефте- и газопроводов. Две другие водные артерии, активно используемые тогда для торговли, Дмитрий Донской контролировать не мог: Волга была за Золотой Ордой, Днепр – за великим князем Литовским Ягайлой.

Утрата Великим князем Дмитрием контроля над Доном лишала его немалых поступлений в казну. Сурожские (крымские) купцы исправно платили налог с торговли с его землями. И не случайно группа сурожских купцов находилась при войске князя в момент битвы.

Кстати, еще один любопытный факт. К моменту сражения 1380 года князь Дмитрий и благословивший его Сергий Радонежский, по некоторым источникам, были отлучены от официальной церкви митрополитом Киприаном (личностью весьма сомнительной), а в самом войске князя было немало ратников, не принявших христианской веры. Те же имена героев сражения - Пересвет и Ослябя – имена древнерусские, дохристианские.


ПУТАНИЦЕ с географическими названиями и деталями битвы современное поколение ученых обязано каноническим «историческим источникам», подвергшимся не одному «научному редактированию». Приглядимся, а откуда историческая наука черпает сведения о Куликовской битве?

Основным первоисточником по истории Куликовской битвы, с чем согласны представители всех научных школ, является «Задонщина», написанная еще при жизни князя Дмитрия. В первой четверти XV века появилось «Сказание о Мамаевом побоище», в котором были использованы вставки из «Задонщины». Где-то не раньше середины XV века появилась летописная «Повесть о Куликовской битве». «Задонщина» дошла до нас в шести списках. Самый ранний из них представляет собой сокращенную переработку(!) только первой половины произведения. Более поздние списки, которые датируются XVI - XVII веками, - это сильно искаженный средневековыми переписчиками текст. Поэтому было принято давать реконструкцию текста на основе сравнительного анализа всех списков «Задонщины».

При анализе летописей, касающихся того исторического периода, возникает, говоря откровенно, немало «крамольных мыслей». На это обращают внимание все добросовестные исследователи. В Хронике Литовской и Жмойтской о сражении на поле Куликовом вообще не упоминается, хотя Великий князь Литовский Ягайло, по официальной версии, участвовал в тех событиях (намеревался прийти на помощь Мамаю, но не успел буквально на день добраться до места битвы). 1-я Новгородская летопись очень скромно описывает то событие, не придавая ему общенационального масштаба, а 1-я Псковская летопись рассматривает сражение как однопорядковое с гибелью четырех суденышек («лодий») на Чудском озере.

К неоднозначным размышлениям подталкивает и неоспоримый факт реконструкции многих исходные географических названий. Как следует из анализа современного фундаментального издания «Задонщины», ряд исходных географических имен из первичного текста произведения заменены при переписывании на другие. В некоторых местах вставлены названия «Дон» и «Непрядва», которые в первичном тексте отсутствовали. Согласно летописи, войско Дмитрия при выдвижении на Куликово поле перешло через реку Дон. На это часто акцентируют внимание сторонники официальной версии. Но современная река Дон в средние века чаще называлась Танаис, да Волга стала Волгой значительно позднее. Во времена Дмитрия Донского Доном могли называть любую реку, в том числе и Москву-реку. В «Задонщине» рассказывается, как княжна Марья рано поутру плакала на забралах стен московских, причитая: «О Дон, Дон, быстрая река... принеси на своих волнах моего господина Микулу Васильевича ко мне».

Интерес представляет и место захоронения павших воинов. Согласно летописям, с обеих сторон погибли около 250 тысяч человек! И даже если это число было преувеличено, потери были огромны. Поэтому князь Дмитрий был вынужден восемь дней стоять на поле боя, «пока тела христиан в землю погребли, нечестивые тела брошены были зверям и птицам на растерзание». В современной литературе можно встретить предположение: тела погибших воинов были преданы земле в московском Симоновом монастыре. Не случайно Пересвет и Ослябя покоятся у стен церкви Рождества Богородицы, построенной на территории Симонова монастыря. Древнее каменное надгробие на могиле Пересвета и Осляби, о котором упоминал историк Карамзин, счастливо пережило борьбу «с религиозным мракобесием» на заре Советской власти и было уничтожено по чьей-то команде уже в 1960-х годах. Сведения о содержании надписи на плите не сохранились.

Вряд ли бы хоронить погибших везли в теплое время года с тульского поля за 300 километров в небольшой городок Москву, тем более что резиденцией великого князя Дмитрия тогда была Кострома. Известно, что вся земля вокруг церкви Рождества Богородицы (около московского завода «Динамо») в радиусе около ста метров и на глубину несколько метров заполнена человеческими костями.

И еще один интересный исторический факт: «Великий князь, одержав победу над Мамаем, в день праздника Рождества Пресвятыя Богородицы, Рождественской, на Старом Симонове обители дал вкладу село Рождествено, находившееся на месте Мамаева побоища» (Розанов Н. История церкви Рождества Пресвятыя Богородицы на старом Симонове, в Москве к ее пятисотлетию 1370 - 1870). Трудно представить, чтобы князь Дмитрий передал бы монастырю село, находившееся на расстоянии более 300 километров. От такого владения не было бы в те времена никакой пользы. В то же время известно, что Симонов монастырь имел «сельцо» недалеко от себя, где жили «ремесленные люди».


ТАКОВЫ некоторые исторические факты. В заключение отметим, что победа в битве на поле Куликовом, в которой княжества Северо-Восточной Руси впервые сумели объединиться для решения общенациональной задачи, позволила в итоге великому князю Дмитрию подчинить себе рязанское княжество и захватить восточные районы Литвы. Началась перекройка политической карты Руси. Быстро развивалась Москва, которая одержала верх в соперничестве с Костромой за право стать столицей великого княжества (последняя еще в середине ХVII века была третьим по величине городом на Руси после Москвы и Ярославля). Несколько столетий Московия постепенно, но неуклонно объединяла вокруг себя земли Северо-Восточной Евразии и превратилась в империю.

В судьбе Москвы немалую роль сыграл еще один фактор – переезд сюда в начале ХIV века поссорившихся с французским королем Филиппом Красивым тамплиеров из восточных отделений Ордена. Именно их золотая казна и рыцарские отряды помогли князю Ивану Даниловичу (Ивану Калите), но это тема отдельного повествования.


Святослав ДМИТРИЕВ

Просмотров: 6242 | Версия для печати   

Нашли ошибку в тексте? Выделите слово с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter.

Другие новости по теме:

При использовании материалов сайта ссылка на wordweb.ru обязательна.