Разделы сайта

***

Реклама


У истоков царского дома Романовых

С началом царского дома Романовых связано одно интересное предание, теперь уже забытое. Это - удивительная и поучительная история, любопытная сама по себе, но описанные в ней события сегодня, почти четыре столетия спустя, вдруг высвечиваются какими-то новыми, порою почти мистическими гранями.

У истоков царского дома Романовых
Народ и бояре умоляют Романова и его мать на царство перед Ипатьевским монастырем.
С рисунка 1673 года.

Хорошо известно, что трудное для Руси Смутное время закончилось наконец избранием в 1613 году нового царя. Им стал 17-летний Михаил Федорович Романов. Обычно считается, что выбор остановился именно на нем, поскольку Романовы состояли в дальнем родстве с прервавшейся династией Рюриковичей. Но это не так. На самом деле многие русские фамилии в той или иной степени были связаны родственными узами с Рюриковичами, и знатнейшие из них стремились занять освободившийся трон. Однако России в то время нужна была кандидатура, способная усмирить честолюбивый пыл соперничавших кланов. На эту роль, как никто другой, подошел юный Михаил Романов.

Этот мальчик-юноша оказался в стороне от больших дворцовых интриг. Отца его, Федора Никитича, еще во времена царствования Бориса Годунова обвинили в заговоре против царя, разлучили с женой, Ксенией Ивановной, и насильственно супругов постригли, а имущество конфисковали. После этих страшных для семьи событий мальчик некоторое время жил у тетки в Москве, а затем с матерью, инокиней Марфой, - в Ипатьевском монастыре под Костромой. "Ипатьево" стало знаковым словом в судьбе царского дома Романовых. С ним связана его первая страница, с ним же - "ипатьевским" домом в Екатеринбурге - закрылась последняя.

В то время как Михаила Романова избирали на русский трон, отец его находился в польском плену и возвратился в Москву, когда Михаил Федорович уже три года царствовал. Почти сразу Федор Никитич был избран патриархом под именем Филарета. Оглядываясь на события тех лет, понимаешь, что только такой шаг - объединение усилий царя-сына и патриарха-отца - позволил России относительно быстро и спокойно залечить раны Смутного времени, наладить нормальную жизнь.

А уже при следующем Романове, "тишайшем" Алексее Михайловиче, когда последствия страшнейшей драмы несколько забудутся, между царем и патриархом возникнут несогласия в вопросе о первенстве власти: светской или церковной. Точку в этом вопросе поставит только Петр Алексеевич, Петр I, внук Михаила Романова, упразднив сам институт патриаршества в России и заменив его, в рамках своих масштабных реформ, Синодом Русской православной церкви.

Но вернемся к первому Романову. Пришло время молодому царю жениться. Женитьба царя находилась в прямом соответствии с продолжением законной династии, а значит, была залогом мира и порядка в стране. Царскую невесту выбирали из знатнейших русских фамилий. Породниться с царем (а это - почет, чины, влияние на дела государственные ) было тайной и заветной мечтой многих.

Михаил Федорович избрал себе невесту из знатного рода - Марию Хлопову. Но вскоре, к несчастью, невеста захворала. Ввиду болезни Собор чинов духовных и светских снял с нее "сан царевны". А между тем Мария Хлопова выздоровела, однако брак этот так и не состоялся. Его не благословила мать царя, быть может, понимая, что вряд ли болезнь царской невесты оказалась случайностью: слишком завидную для кого-то роль стали бы играть Хлоповы при царе. Опасно было еще раз испытывать судьбу царской династии.

Спустя время законной супругой русского царя стала княжна Мария Владимировна, дочь князя Владимира Cтепановича Долгорукова. Но через пять месяцев после свадьбы молодая царица неожиданно тяжело занемогла и вскоре скончалась. Мало кто сомневался, что эта таинственная болезнь и смерть в царском дворце не обошлись без содействия недоброжелателей.

Время шло, ничто более не менялось во дворце. И это волновало. В памяти еще свежи были жесточайшие испытания царского безвременья. Нельзя допустить повторения пережитого, а потому на Руси необходим законный наследник царствующего государя. Женитьбу царя рассматривали не как человеческую прихоть, а как дело государственное, обязанность избранного народом на русский трон.

У истоков царского дома Романовых
Царь Михаил Федорович, правивший страной с 1613 по 1645 год.

Наконец царь принял решение о новом браке. Согласно обычаю (отнюдь не сказочному), по всей Руси разлетелись гонцы сзывать на смотрины невест, достойных царя. В назначенный срок 60 знатнейших девиц в окружении родителей и родичей - знатных бояр и дворян - собрались во дворце. Нужно ли говорить, что каждая втайне мечтала стать русской царицей? Легко представить, какие надежды на возможное родство с царским домом лелеяли родители и родня девушек! Все с трепетом и нетерпением ожидали царского решения. Но... ничего не произошло. Ни одна из 60-ти претенденток не остановила на себе внимание государя.

Выход из возникшего затруднения, как гласит предание, предложила мать царя - инокиня Марфа. Смотрины надо повторить, но, прежде всего, в отсутствие родственников и, во-вторых, смотреть надо на спящих девушек, когда лики их не смущены и не затуманены волнением и ожиданием, то есть ночью. На том и порешили. Во дворце были оставлены только претендентки на звание царицы и с ними по одной прислужнице, чтобы, как обычно, те могли помочь молодым госпожам при укладывании в постель и быть рядом, если что-нибудь понадобится ночью.

Дворец затих и погрузился в ночной сон, двери тихо отворились, и царь в сопровождении матери начал свой судьбоносный обход. Они медленно следовали мимо спящих, а скорее притворявшихся спящими, девушек: можно ли было заснуть в такую ночь! Мать время от времени вопросительно взглядывала на сына, но царь безмолвно и бесстрастно шел вперед, и невозможно было понять ни мыслей его, ни чувств.

Обход закончился. Затянувшееся молчание прервала инокиня, приступив к сыну с расспросами: на кого же пал выбор царя? Но тот не отвечал. И вновь мать взывала к сыну-царю, повторяя все важнейшие доводы о важности выбора: что Михаил Федорович обязан поддержать законный порядок, что он в ответе за спокойствие страны и за ее судьбу, что назвать будущую царицу - это его долг перед народом. Неужели ни одна из самых лучших, самых достойных невест Руси не понравилась сыну?

И наконец Михаил Федорович заговорил. Да, сердце указало ему одну из девушек. Отчаявшаяся было мать благодарно вздохнула, быть может, подобие улыбки на мгновение озарило ее строгий и скорбный лик. Кто же она? И услышала ответ: "Она - прислужница". Тут инокиня запротестовала, взывая к здравому смыслу. Сколько лучших русских семей привезли во дворец прекрасных девиц, а царь выберет прислужницу?! Это ведь обидит, оскорбит знатные фамилии!

Но царь не внял доводам матери, он оставался тверд и неумолим. Это его окончательное решение. И если не она, так никакая другая. "Да кто же она?" - отчаялась мать. "Прислужница Стрешневой", - был ответ.

Кинулись выяснять: что да как? И скоро уже сообщили царю и его матери, что живет у Стрешневых молодая бедная дворянка, дальняя их родственница и однофамилица. Трудно бывает ей в неродном доме, где порою круто обходится с ней богатая ее родственница, прибывшая на смотрины. Но молодая девушка кротко и безропотно переносит все жизненные тяготы.

Теперь царь еще более укрепился в решении связать свою судьбу с этой девушкой. Только ее желал бы назвать своей законной супругой. Уговоры матери были сломлены его последним доводом: мы сами столько страдали, неужели можно отвергнуть избранницу сердца только из-за ее бедности и несчастий?

Строгая инокиня сдалась, отступила. Подумала, видимо: это Божий промысел. Да и вряд ли она ошибалась. Не исключено, что выбор любой родовитой особы мог привести к очередной смерти в царском доме: соперничавшим кланам нелегко было уступить выигравшим счастливцам, им проще было смириться с невестой "со стороны".

У истоков царского дома Романовых
Царица Евдокия Лукьяновна, супруга первого русского царя из рода Романовых.

Утром решение царя было торжественно объявлено во дворце и народу. Знатные барышни, еще накануне лелеявшие надежду стать царицей, чередой подходили поцеловать ручку счастливой избранницы - Евдокии Лукьяновны Стрешневой. А российская "Золушка" никак не могла поверить в произошедшее с нею чудо. Каждую она обнимала и целовала. Вчерашняя госпожа царской невесты с рыданиями бросилась в ноги, умоляя о прощении. Кроткая и жалостливая Евдокия Лукьяновна - так гласит предание, - не держа зла, подняла ее и призывала разделить с ней ее нечаянную радость.

А тем временем послы царя скакали уже к отцу молодой невесты в Можайский уезд, где находилось нехитрое владение бедного дворянина Лукьяна Степановича Стрешнева: небольшое поле да простая изба. Помогал Лукьяну Степановичу по хозяйству всего один работник. Послы застали хозяина в поле за работой и тут же сообщили о случившихся во дворце событиях. Никак не мог поверить Стрешнев, что послы не перепутали дом, что не по адресу привезли свои известия. Однако Лукьяну Степановичу была вручена грамота царя, а за ней - дары и царские одежды. Должен был отец будущей царицы срочно ехать в Москву, в царский дворец.

Прервав свои труды в поле, пригласил Стрешнев послов в дом, чем мог, угостил, оставил ночевать. А наутро, переодевшись в привезенное от царя платье, свои рабочие одежды уложил в дорожный сундук. Взял с собой и орудия, с какими работал в поле. Торжественный поезд полетел в Москву.

Когда подъехали ко дворцу, увидел Лукьян Степанович на царском крыльце рядом с царем и его строгой матерью свою юную дочь. Дрогнуло его сердце, никаких сомнений уже больше не оставалось. Царь Михаил Федорович и его матушка торжественно и почтительно приветствова ли отца невесты. Сама же она была чрезмерно счастлива приезду отца, но на людях не посмела выразить своей радости.

Царскую свадьбу современники помнили долго. На память потомкам остался свадебный альбом. Михаил Федорович и Евдокия Лукьяновна жили счастливо, в мире и согласии. Со временем у них родились три мальчика и семь девочек.

Та странная ночь, когда взгляд царя остановился на скромной бедной девушке-прислужнице, стала важнейшей в русской истории: более чем на 300 лет определилась судьба царского дома Романовых. Но выбор царем "Золушки" - только один, хотя и наиболее очевидный, из эпизодов "чудесного" упорядочения жизни на Руси. До него был выбор самого царя, было объединение царской и патриаршей власти. Как будто само Провидение распростерло над истерзанной тогда Русью свою спасительную длань.

Что же касается прародителя царского дома Лукьяна Степановича Стрешнева, то после того, как дочь его стала русской царицей, он с семьей перебрался жить в Москву. Его десятилетний сын Семен был определен на службу к царице-сестре в чине стольника.

Сначала Лукьян Степанович поселился в царском дворце. Здесь у него были прекрасные хоромы, он был окружен богатством, роскошью и почестями, достойными отца русской царицы. Назидательная легенда рассказывает, что в одной из комнат у него была особая занавеска. Каждый день, когда он оставался наедине сам с собой, он отдергивал ее: за занавеской были развешаны его прежняя одежда и орудия, с которыми он работал в поле. И тогда бывший бедный дворянин говорил себе: "Лукьян! Помни, что ты был и что ты ныне. Помни, что все сие получил ты от Бога. Не забывай Его милосердия. Помни Его заповеди: "Делись всем, что имеешь, с бедными: они твои братья. Не утесняй никого, ты сам был беден. Помни твердо, что все земное величие суета и что Бог одним словом может тебя обратить в ничто". Так гласит предание.

К этому можно кое-что добавить. Со временем Лукьян Степанович обзавелся собственным двором в Москве. Следовали ему и чины. В 1630 году он был произведен в окольничие, а 1 марта 1634 года - в день рождения царицы-дочери - получил высший российский сан боярина.

Любопытно, что с именем Лукьяна Степановича Стрешнева связано основание знаменитой усадьбы Царицыно под Москвой, в которой по заказу императрицы Екатерины II создавал свои архитектурные шедевры В. И. Баженов, а затем строил М. Ф. Казаков. А было это так.

В 1628 году царь и патриарх издали указ, согласно которому "велено [было]... пустые села и пустоши продавать охочим людям со всеми угоди с лесы и с полями...". Приобретенные в вотчину земли можно было отдавать в приданое за дочерьми, но запрещалось передавать в монастырь. Если же после смерти владельца не оставалось жены или детей, вотчина поступала "на государя в дворцовые села". Деньги за нее из государевой казны отдавались в монастырь на помин души умершего владельца.

По этому указу многие дворяне выкупали земли в вотчину. Ближайший родственник царя, Лукьян Степанович Стрешнев приобрел в собственность часть земель царского села Коломенское, о чем сохранилась архивная запись: "Во 141 [то есть в 1633] году января в 26 день по государеву... именному приказу продано [в] вотчину околничему Лукьяну Степановичу Стрешневу в Московском уезде села Коломенского пустошь Бабынино да пустошь Черногряская [Черная Грязь] да пустошь Арехово[1] да пустошь Каржавино а Казариново тож". Заплатил за все Стрешнев, включая пошлину, 73 рубля.

Превратившись в вотчинника, Лукьян Степанович начал свои владения расширять. Ему перешли земли соседа Ивана Киселева, заложившего их Стрешневу и просрочившего выплату. У другого соседа - боярина князя Алексея Юрьевича Сицкого он купил несколько пустошей. Эти собранные тестем царя земли стали основой возникшей здесь новой усадьбы.

Место для вотчинного двора было определено на пустоши Черная Грязь, расположенной на высоком берегу у слияния рек Городенки и Язвенки. Чуть ниже по течению по этому же правому берегу в Городенку упирался глубокий овраг. С высокого мыса между рекой и оврагом далеко просматривались обширные земли новой усадьбы. По выбранному для вотчинного двора месту усадьба стала зваться "Черная Грязь".

Это название просуществовало почти полтора столетия. В 1775 году усадьбу приобрела императрица Екатерина II и переименовала ее в "село Царицыно" (по аналогии с "Царским селом" под Петербургом). Тогда она решила создать здесь свою новую резиденцию.

Давно нет Лукьяна Степановича Стрешнева - родоначальника по дочери царской династии Романовых. Но память о нем сохраняется в многочисленных потомках этого царского дома, разлетевшихся по всему миру. И еще живет о нем память в царицынской усадьбе: он ее основал, он выбрал место, на котором ставили свои дворы все последующие владельцы, здесь же поднялся архитектурный ансамбль, благодаря которому подмосковное Царицыно стало знаменито.

Р. БАЙБУРОВА.
Кандидат искусствоведения

[1] Здесь ранее уже была и потом вновь возникнет деревня Орехово - по ней, в частности, назван современный район Москвы: Орехово-Борисово.


Просмотров: 24486 | Версия для печати   

Нашли ошибку в тексте? Выделите слово с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter.

Другие новости по теме:

При использовании материалов сайта ссылка на wordweb.ru обязательна.