Разделы сайта

***

Реклама


Оставил след в сердцах и на земле..

В 2009 году исполнилось 200 лет со дня рождения Муравьева-Амурского. Россия знает его как одного из самых достойных исторических деятелей. Он смог присоединить огромный край без единого выстрела. Памятник Николаю Николаевичу стоит в Хабаровске, прах из Франции перенесен во Владивосток. В Иркутске его барельеф находится на основании памятнику Александру III. Слава Муравьева, как присоединителя Амура затмевает его государственную деятельность в Восточной Сибири.

Оставил след в сердцах и на земле..
Портрет генерал-губернатора Восточной Сибири графа Н.Н.Муравьева-Амурского. Худ. К. Маковский (1863г.)

Между тем деятельность иркутского генерал-губернатора могла бы стать примером-вдохновением и ориентиром не только для иркутских, но и федеральных властей. Ведь наш регион имеет геостратегическое значение и для его руководителей мало быть просто хорошими администраторами.

Муравьев-Амурский проявил огромную энергию в управлении Восточной Сибирью, особенно в первый период своего пребывания в Иркутской губернии, до начала Амурских дел. К сожалению, сохранилось не так много документальных свидетельств этой деятельности, не так много и отзывов от современников. Мнения противоречивые, но все сходятся в одном – это была выдающаяся личность, один из виднейших деятель эпохи, один из немногих оставивших добрую память у иркутян. Время его правления по праву считается самым ярким периодом в истории Сибири.

"Замечательная личность .... перевернула вверх дном всю Восточную Сибирь и ввела в моду этот отдаленный край, который до сих пор только пугал воображение своими безбрежными лесами и пустынями, своим населением из ссыльных и подъячих"
И.Гончаров

Муравьев-Амурский управлял Восточной Сибирью почти 14 лет. Ему не удалось победить исконные сибирские проблемы – казнокрадство и взяточничество. Но за это время Николай Николаевич успел заслужить любовь простого народа. В день его отъезда из Иркутска (дата) провожать генерал-губернатора собралось несколько тысяч горожан и жителей окрестных деревень.

Даже по прошествии многих лет, иркутяне вспоминали время генерал-губернаторства Муравьева добрыми словами. Вспоминали его простую манеру обращения, приемы четыре раза в неделю, где любой – крестьянин, казак, инородец – мог лично обратится с прошением к губернатору. В течение всего срока пребывания на посту губернатора Муравьев пытался доказать окружающим, что богатство не должно давать никаких преимуществ перед законом и властью.

Золотопромышленники и купцы

По приезду в Иркутск генерал-губернатор первым делом взялся за золотопромышленников. Уже на первом приеме Муравьев заявил начальнику золотого стола Мангазееву «Надеюсь, вы не будете со мной служить». Отставке Мангазеева, человека в известном смысле ловкого, никто не удивился.


Оставил след в сердцах и на земле..

По роду службы обладающий информацией о золотоносных площадях, он передавал ее заинтересованным людям. «Казенные остатки», участки вокруг государственных приисков, часто приносили доход, много превышавший поступления в казну. Также генерал-губернатор всеми силами стремился прекратить вывоз намытого на сибирских приисках золота в Китай.

Администрация

Были осуществлены изменения в административно-территориальном устройстве губернии. Ко времени начала правления Муравьева губерния делилась на Иркутский, Нижнеудинский, Киренский, Верхнеудинский, Нерчинский округа. Два последних были преобразованы в Забайкальскую область, а из части Нижнеудинского и Иркутского были образованы два новых округа: Балаганский и Верхоленский. Такое разделение сохранялось вплоть до начала XX века.

Муравьев приложил немало усилий для того чтобы увеличить жалование сибирских государственных служащих, получавшим на тот момент гораздо меньшие оклады, чем в Центральной России. Недостаток содержания назывался основной причиной, побуждавшей сибирских чиновников к взяточничеству. Борьбу же с этим злом губернатор считал одной из самых главных своих задач.

Однако победить коррупцию Муравьеву-Амурскому так и не удалось. Страх же, который Муравьев "наводил на чиновников, только заставлял их быть осторожнее, но нисколько не ослаблял их хищничества и не облегчал положения народа". Не всегда удавалось подыскать на замену проворовавшемуся чиновнику порядочного человека. Многие назначенцы Муравьева оказывались даже хуже предыдущих взяточников.

Однако даже недоброжелатели не могли не признавать честность собственно генерал-губернатора. Известно, что его собственное состояние за годы пребывания в Сибири не увеличилось, и это при той полноте власти, которой он пользовался. Муравьев всю жизнь прожил в казенных или съемных квартирах, исключительно на жалованье и после отставки испытывал нехватку средств. Этим он выгодно отличался от своих предшественников. Про предыдущего губернатора Рупперта в Иркутске ходили слухи, что при отъезде из Сибири он увез «полмиллиона ассигнациями»!

«Муравьев был карьеристом… Но карьеристом в хорошем смысле этого слова. Он честно и хорошо делал свое дело»
Ирина Дамешек, доктор исторических наук

Команда

Комплектуя свою управленческую команду, Муравьев часто брал юношей из известных фамилий, зачастую прямо с лицейской скамьи. Студентов он недолюбливал. Вероятно, это и стало причиной его неблагоприятного отзыва на предложение открыть в Иркутске университет. Между тем отсутствие образованных местных кадров сильно осложняло деятельность администрации генерал-губернатора. Тем более что приезжие чиновники редко, когда могли поладить с сибирским обществом.

Оставил след в сердцах и на земле..

За высокомерие, пренебрежение к народу, которое было отличительной чертой многих прибывших с Муравьевым чиновников, сибиряки презрительно окрестили их "навозными". Их юность, незнание местных порядков осложняло и бросало тень на деятельность администрации и самого генерал-губернатора. Действительно же достойных и перспективных чиновников, не всегда соглашавшихся с мнением губернатора по тем или иным вопросам, удержать не удавалось. По мере успехов на Амуре характер Муравьева становился все более деспотичным и к концу его правления большинство перспективных молодых чиновников покинули Сибирь.

Золотая молодежь

Один из самых громких скандалов за время его генерал-губернаторства – дуэль предводителя иркутской золотой молодежи чиновника Беклемишева с возвращавшимся из Монголии в Петербург коллежским асессором Неклюдовым.

Неясные обстоятельства этой истории (многие прямо называли ее убийством), недовольство вседозволенностью которой пользовались губернаторские любимчики переполнили терпение иркутян и похороны Неклюдова превратились в настоящую демонстрацию. Губернатор в это время находился на Амуре, но по возвращению устроил настоящую бурю, подвергнув репрессиям участников выступлений.

«На следующий день Муравьев-Амурский превратился в антигероя. Первая в России публичная демонстрация произошла в Иркутске. Ходили с транспарантами. «Муравьев-Амурский – вешатель» и так далее. Герцен об этом случае у себя статью поместил. Если бы была отработанная система связи с общественностью, я думаю, этого не случилось бы. Но тогда просто такого понятия не было. И нашему герою пришлось из Иркутска уехать и закончить жизнь во Франции в бедности»
Станислав Гольдфарб, доктор исторических наук

Либерализм

Генерал-губернатор оказывал покровительство и сосланным в Сибирь петрашевцам. Одного из них, своего дальнего родственника Спешнева он даже назначил редактором «Иркутских губернских ведомостей», учрежденных в 1857 году. Активное участие в издании газеты принимал и М.И. Петрашевский. Поначалу Муравьев поддерживал либеральную направленность газеты, но впоследствии отношение к прессе изменилось и даже переросло в конфликт.

Оставил след в сердцах и на земле..
Памятник Муравьеву-Амурскому в Хабаровске

Невозможно переоценить вклад Муравьева в дело просвещения в Восточной Сибири. При его покровительстве в Иркутске появилась и укрепилась традиция проведения публичных лекций.

Деятельность Муравьева затронула практически все слои и народы Восточной Сибири. Делами коренных народов занимался чиновник по особым поручениям Струве. Его деятельность в корне изменила отношение к инородцам. В бурятских улусах впервые стали преподавать русский язык, что дало возможность получить качественное образование. Первый бурятский ученый Доржи Банзаров начал свою карьеру в администрации генерал-губернатора.

При участии Муравьева начался новый этап в изучении Сибири. Он и сам предпринял немало исследовательских поездок. А когда возникла идея создания в Иркутске отдела Императорского Русского географического общества, Николай Николаевич горячо поддержал это предложение. Уже через год, 17 ноября 1851 г. прямо в резиденции генерал-губернатора состоялось торжественное открытие Сибирского отделения РГО.

Внешние связи

Большое внимание Муравьев уделял вопросам торговли с Китаем. Подписаный 16 (28) мая 1858 года Айгуньский договор открывал новые возможности для русских купцов и промышленников. Уже в июле начались переговоры об установлении правил приграничной торговли. А в начале 60-х начался реформирование Кяхтинского таможенного поста. Генерал-губернатор много сделал также для развития и поддержания связей с Ургой.

Характер и карьера

Муравьев-Амурский сделал блестящую по тем временам карьеру. Генерал-губернатором Восточной Сибири он стал в 38 лет, а до этого момента успел проявить себя на военной службе. Служил на Кавказе и в Польше, участвовал во множестве операций, был неоднократно ранен. Кроме военных дел, выполнял ответственные дипломатические поручения. Это, несомненно, пригодилось ему при налаживании контактов с Китаем.

Военная служба наложила сильный отпечаток на характер Муравьева. Он тяжело воспринимал несходную с его точку зрения, был жѐсток и скор на расправу. Известен случай, когда разбирая дело о краже, он приказал тут же живьем закопать причастных к преступлению солдат. Их командир, рискуя своей карьерой за ослушание, не выполнил приказа. Через час Муравьев благодарил его за то, что не дал совершить непоправимую ошибку.

Резкость, жесткость делали немало недругов Муравьеву. Он считал вполне приемлемыми такие методы управления как негласный надзор, заключение под стражу, публичные разносы. Но генерал-губернатор был совершенно уверен, что только такими методами можно навести порядок во вверенной ему губернии.

Был у него и опыт гражданской службы – назначение в Тулу. Срок небольшой, но, по крайней мере, перед приездом в Сибирь у него уже было представление об управлении бюрократической машиной.

Семья

Образ сурового и деспотичного генерала предстает совершенно иначе в свете романтической истории любви и женитьбы Николая Николаевича. После отставки из армии Муравьев отправился на отдых во Францию. В Париже, уже перед самым отъездом в Россию, он познакомился с Катрин де Ришемон, очаровательной девушкой из знатной дворянской семьи. Не имея на тот момент места службы и достаточного дохода, он не считал себя вправе сделать предложение и уехал из Парижа.

Только получив назначение генерал-губернатором в Тулу, Николай Николаевич письмом просил руки Катрин. В нарушение всех правил и условностей она отправилась в Россию, а затем и в Сибирь. Она сопровождала мужа и в его поездках на Дальний Восток, претерпев множество невзгод и лишений. Иркутское общество восхищалось супругой генерал-губернатора. У Екатерины искали и часто находили сочувствие, помощь и защиту от горячего характера Николая Николаевича.

Муравьев-Амурский страстно любил жену, и она была одной из немногих, кто имел влияние на генерал-губернатора. Суровый климат сказался на ее здоровье, в пожилом возрасте она начала терять зрение. Детей у Муравьевых не было.

Олег Бережных

Источник

Просмотров: 5356 | Версия для печати   

Нашли ошибку в тексте? Выделите слово с ошибкой и нажмите Ctrl + Enter.

Другие новости по теме:

При использовании материалов сайта ссылка на wordweb.ru обязательна.