Дело патриарха Никона

В XVII столетии история русской православной церкви ознаменовалась двумя важными событиями: всплеском борьбы за примат духовной власти над светской и возникновением раскола. Оба явления связаны с именем патриарха Никона - человека незаурядного интеллекта и столь же сильного физически. Родился он недалеко от Нижнего Новгорода в мае 1605 г. Начинал карьеру сельским дьячком, а затем священником. В 31 год Минов Никита на Соловках постригся в монахи под именем Никона. В одну из поездок в Москву он был представлен царю Михаилу Федоровичу, а затем Алексею Михайловичу. Благочестивый монах очаровал последнего своей начитанностью, а также житейской мудростью (он был старше царя на 25 лет) и был возведен в сан архиепископа, а в 1649 г. стал Новгородским митрополитом. В Новгороде он прославился милосердием - устроил четыре богадельни, а также приобрел славу блестящего проповедника. Возросло к нему расположение и благосклонность царя в связи с умиротворением им новгородцев, восставших в 1650 г. С этого времени царь стал называть Никона "пастырем, наставником душ и телес", а также "собинным (личным) другом". Уже в эти годы Никон стремится воплотить в жизнь вынашиваемую им идею о превосходстве духовной власти над светской. Будучи в Новгороде, он начал вводить новшества в церковных обрядах: вместо "многогласия", когда одновременно читали и пели, что затрудняло для молящихся понимание происходящего, ввел единогласную службу.

Никону даже удалось внушить царю мысль перевезти мощи одного из мучеников за христианскую правду митрополита Филиппа, задушенного по повелению Ивана Грозного, из Соловков в Успенский собор в Москве. В обращении царя к мощам звучали покаянные слова: "Преклоняю пред тобой сан мой царский за согрешившего против тебя... преклоняю честь моего царства пред твоими честными мощами, повергаю на умоление тебя всю мою власть".

В том же 1652 году, когда Никон отправился за мощами Филиппа на Соловки, умер патриарх Иосиф. Алексей Михайлович прочил в патриархи Никона, но последний, зная, что царь полностью подчинился его властному характеру, выдвинул условия своего вступления на патриаршество: царь во всем должен проявлять ему, Никону, послушание как главному архипастырю.

Реализацию идеи примата церкви над государством Никон начал с наступления на Уложение 1649 г., ограничивавшего рост монастырского землевладения. Вопреки запрету Никон расширял патриаршие владения за счет царских пожертвований и приобретения новых земель. На небывалую высоту он вознес церковное благолепие, его патриаршее облачение, украшенное жемчугом, золотом и драгоценными камнями общим весом в полтора пуда, стоило свыше полумиллиона золотых рублей (на деньги начала XX в.).

Властный, не терпевший возражений патриарх за малейшую провинность сурово наказывал подчиненных церковнослужителей. Более того, беспредельно честолюбивый Никон, пользуясь покровительством государя, бесцеремонно вторгался в светские дела, чем вызывал недовольство бояр; они докладывали ему, как и царю, стоя. В отсутствие царя, отбывшего в 1654 г. на театр военных действий, он рассылал указы, используя следующий титул: "Указал царь великий князь всея Руси Алексей Михайлович и мы, великий государь и патриарх". До этого патриархи, за исключением Филарета, величали себя "великим господином", а не "великим государем". Никон упорно стремился к осуществлению своей мечты о полном подчинении царской власти патриарху. Царь наконец осознал эту опасность. Восторженное отношение к "собинному другу" сменилось охлаждением, особенно усилившимся после неудачной войны со Швецией, затеянной по настойчивому совету патриарха. По внушению враждебных к Никону бояр, а также бывших друзей патриарха из кружка "ревнителей древнего благочестия", к которому до патриаршества принадлежал сам, царь перестал являться на богослужения, отправляемые патриархом. Никон, закусив удила, продолжал гнуть свою линию, надеясь сломить волю слабохарактерного монарха: патриарх на продолжительное время уезжал в Новый Иерусалим - храм, сооруженный по его повелению, являвшийся точной копией подлинного храма в Иерусалиме, отличавшийся роскошным убранством. Он совершал шаги, один рискованнее другого.

Однажды Никон после службы в Успенском соборе облачился в простую монашескую одежду и присутствовавшей пастве огласил: "От сего времени не буду вам патриархом" - и отправился в Воскресенский Новоиерусалимский монастырь. Никон полагал, что царь станет униженно просить его не покидать патриаршества. Этого, однако, не случилось. Царь ограничился тем, что справился у Никона, для чего патриаршество оставляет, затем сдержанно просил не покидать трон и, наконец, обратился с просьбой дать благословение на замещение патриаршего места Крутицким митрополитом Питиримом.

Никон понял, что поединок с царем он проигрывает, и решил проявить смирение, согласившись, чтобы патриархом стал митрополит Крутицкий и подписался в письме к царю в 1658 г. так: "Смиренный Никон, бывший патриарх". В действительности Никон вовсе не собирался стать "бывшим патриархом". Это был тактический шаг, рассчитанный на восстановление прежних отношений с царем путем выражения покорности.

Царь, однако, решился на избрание нового патриарха. Когда Никон уяснил для себя, что примирение с царем невозможно, он в 1660 г. заявил, что не отказывался от патриаршества, а четыре года спустя, в декабре 1664 г., дал знать, что считает себя патриархом, - он неожиданно для всех появился в Успенском соборе, откуда отправил послание царю, в котором, в частности, писал: "Сошел он с престола никем гоним, а ныне пришел на свой престол никем зовом". Примирения не состоялось и на этот раз: царь созвал находившихся в Москве архиереев и, опираясь на их мнение, велел Никону возвращаться в Новый Иерусалим.

После этого демарша Никон убедился в невозможности вернуть себе патриаршество, согласился отречься от сана, но просил сохранить за ним три монастыря со всеми владениями и привилегиями, а также право назначать в эти монастыри всех духовных лиц.

Дело Никона приобрело затяжной характер вследствие того, что он был поставлен на патриаршество Вселенским собором, к созыву которого немало усилий приложил сам царь. Вселенский собор должен был и лишить его патриаршества. Именно поэтому Алексей Михайлович до 1663 г. не отваживался предъявить Никону решение Московского собора, принятого еще в 1660 г. и лишавшего его и патриаршества, и священства. Никон не принял этого постановления, и царю ничего не оставалось, как пригласить в Москву вселенских патриархов.

Вызов и приезд вселенских патриархов в Москву потребовал продолжительного времени, и суд на Никоном начался 6 декабря 1666 г. Обвинительную речь против патриарха произнес сам царь. 12 декабря собор объявил приговор: Никона обвинили в том, что он досаждал государю, вторгался в дела, не подведомственные патриарху, отречением от патриаршества бросил паству на произвол судьбы, препятствовал избранию нового патриарха, глумился над архиереями, поносил греческих патриархов и др.

Собор низвел Никона до простого монаха и определил место ссылки Ферапонтов монастырь. Непокорный Никон не проявил смирения. В декабре 1666 г. его заточили, как он выразился, в кельи "смрадные и закоптелые". Нелегко жилось привыкшему к роскоши Никону, он постоянно "докучал" царю жалобами: то требовал, чтобы доставляемая ему рыба привозилась живой, то выражал недовольство, что прислали "одних грибов таких негодных и с мухоморами, что и свиньи есть их не станут", то негодовал, что к нему "прислан портной швечишка неумеющий". Не могут не вызвать сочувствия слова, адресованные Никоном царю в 1672 г.: "Теперь я болен, наг и бос. Со всякой нужды келейной и недостатков оцынжал, руки больны, левая не подымается, на глазах бельма от чада и дыма, из зубов кровь идет смердящая, и они не терпят ни горячего, ни холодного, ни кислого. Ноги пухнут..." Царь Алексей Михайлович несколько облегчил условия жизни опального патриарха и перед смертью даже просил у него прощения.

При царе Федоре Алексеевиче гонения на Никона усилились, он был переведен в Кириллов монастырь и заточен в такую же дымную келью, как и в Ферапонтовом монастыре. Впрочем, царь Федор, вопреки желаниям противников Никона, велел перевезти опального патриарха в Воскресенский монастырь. В дороге Никон скончался 17 августа 1681 г.

Внешне взаимоотношения царя и патриарха выглядят ссорой двух несхожих по характеру лиц - властного и сурового Никона и слабовольного молодого Алексея Михайловича, который, взрослея, стремился освободиться от назойливой опеки духовного пастыря. Бывшие друзья постепенно превратились в непримиримых врагов.

Эта тяжба, однако, имела глубокий смысл и по своей сути отражала борьбу двух противоположных начал и должна была завершиться победой либо светской, либо духовной власти, т. е. решить вопрос, станет ли Россия светским или теократическим государством. Должно со всей определенностью заявить, что реальная угроза для России превратиться в теократическое государство отсутствовала. Посягательства Никона на светскую власть основывались не на праве или обычае, а на личных отношениях царя с патриархом. Поэтому претензии Никона были исчерпаны вместе с благоволением к нему царя.

  • http://photomax.ru/vipusk.html заказать оригинальный выпускной альбом.