Иерархия орденов

Разумеется, запоминать все виды и отличия дореволюционных орденов нет никакой надобности. Полезно только усвоить самые общие особенности орденской системы: звезда и лента – выше креста на шее; крестик на шее – выше крестика в петлице, то есть на груди; орден 1-й степени выше ордена 2-й и 3-й степеней.

Существовала строгая последовательность, «иерархия орденов», незыблемо соблюдаемая. Приведем в последовательности ее от младших орденов к старшим:

Анна 4-й степени

Станислав 3-й степени

Анна 3-й степени

Станислав 2-й степени

Анна 2-й степени

Владимир 4-й степени

Владимир 3-й степени

Станислав 1-й степени

Анна 1-й степени

Владимир 2-й степени

Белый Орел

Александр Невский

Владимир 1-й степени

Андрей Первозванный

Ордена Святого Георгия, как особый, и Святой Екатерины, как женский, в эту иерархию не входят.

Разобраться в описанном порядке весьма сложно, однако в прошлом разбирались, и неплохо. В романе Салтыкова-Щедрина «Пошехонская старина» автор вспоминает действительного статского советника, который имел только одну «Анну на шее», то есть Анну 2-й степени, вследствие чего ему подавали на званых обедах кушанье после других генералов. Тщетно он волновался и кипятился по этому поводу, даже доказывал, что Анна вторая, «по-настоящему выше, нежели Станислав второй, – обеденный этикет был неуклоним».

Действительный статский советник был прав, однако «Станиславу 2-й степени в то время была присвоена звезда (но без ленты)… Гнезда, хотя бы и не особенно доброкачественная, считалась непременным условием генеральства; из-за этого слуги его, статского генерала, таковым не считали». Вот какие тонкости!

Тщеславие мелких чиновников, одалживающих чужие ордена, дабы возвыситься в глазах присутствующих, отлично высмеял Чехов в рассказе «Орден». Приглашенный на обед к купцу Спичкину учитель Пустяков выпрашивает у своего друга поручика Леденцова его Станислава (3-й степени). За столом Пустяков оказывается напротив своего сослуживца Трамбляна, отлично знающего, что никакого ордена у того нет. Обед испорчен, однако Трамблян тоже скован и сконфужен. Оказывается, у него тоже чужой орден – «И то был не Станислав, а целая Анна!» – 3-й степени, то есть (см. перечень орденов) чуть повыше Станислава 3-й степени. Пустяков огорчен одним: «Знай я такую штуку… я бы Владимира нацепил».

Весьма важно помнить, что орденами награждались только представители привилегированных слоев общества – дворяне, чиновники, офицеры, состоятельные купцы. В «Законе о российских орденах» прямо оговаривалось: «Мещанам и лицам сельского состояния ордена не испрашиваются».

Солдат или унтер-офицер, какой бы подвиг он ни совершил, мог рассчитывать только на «георгиевский крестик» или медаль. Постоянных наградных медалей до революции было немного («За усердие», «За храбрость» и другие). Большинство их, в отличие от современных, носили на шее. Вероятно, такую нашейную медаль имел в виду дед Алеши Пешкова («Детство» Горького), выпроваживая внука из дому:

«– Ну, Лексей, ты – не медаль, на шее у меня – не место тебе, а иди-ка ты в люди».

Зато немало выпускалось памятных медалей, которыми награждались участники какого-либо важного события, похода, сражения. Ленский в «Евгении Онегине» вспоминает на могиле отца сестер Лариных:

Как часто в детстве я играл

Его Очаковской медалью!

Из чего явствует, что покойный бригадир участвовал в осаде Очакова, занятого турками, в 1788 году.

Существовали также нагрудные знаки за выслугу лет – так называемые ПРЯЖКИ, выдаваемые за долгую безупречную службу. «Он заслуженный человек, за тридцать лет пряжку имеет», – говорится в комедии Островского «Правда хорошо, а счастье лучше». Об Акакии Акакиевиче, герое гоголевской «Шинели», сказано: «…выслужил он, как выражались остряки, его товарищи, пряжку в петлицу да нажил геморрой в поясницу».

  • YT14B-BS