Русское наступление от Карпат до Чудского озера

Еще до того как бои между Гродно и Каунасом привели к некоторой разрядке, временно устранив угрозу русского прорыва в Восточную Пруссию, русские перешли в наступление также и против соседних групп армий «Север» и «Северная Украина». Русскому командованию, конечно, было известно, что обе эти группы в результате передачи части сил группе армий «Центр» были значительно ослаблены, и потому оно решило, что наступило время подвергнуть ударам весь Восточный фронт от Карпат до Чудского озера.

13 июля 2-й Прибалтийский фронт нанес удар по 16-й армии в направлении Резекне. На следующий день на фронте 18-й армии южнее Острова перешли в наступление войска 3-го Прибалтийского фронта. Обе армии отразили попытки русских осуществить прорыв и, оказывая стойкое сопротивление, постепенно отошли к 20 июля на рубеж Даугавпилс западнее Пскова.

Одновременно 1-й Прибалтийский фронт, получивший новые силы с румынского фронта, стал продвигаться южнее Даугавпилса на запад и 21 июля вышел к Паневежису, расположенному в 150 км западнее Даугавпилса. В случае дальнейшего продвижения русских в этом направлении не только группа армий «Север» могла оказаться отрезанной, но и северное крыло группы армий «Центр», находившееся еще в районе Укмерге, оказалось бы смятым и сверх того появилась бы угроза удара на Клайпеду и Тильзит. Связь между обеими группами армий уже была нарушена. Предвидя такое развитие событий, командующий группой армий «Север» генерал Фриснер 17 июля потребовал от Гитлера предоставления ему права самостоятельного принятия решений, касавшихся вверенной ему группы. Он намеревался отвести все свои войска вплоть до Нарвы на Западную Двину между Даугавпилсом и Ригой, с тем чтобы высвободившимися в результате этого силами добиваться восстановления связи со своим южным соседом. Это «большое решение», за принятие которого в течение многих недель велась борьба с Гитлером, неизбежно напрашивалось само собой. Однако единственным результатом этих ходатайств Фриснера явилось то, что он и командующий группой армий «Южная Украина» генерал-полковник Шёрнер, решительность которого больше импонировала Гитлеру, поменялись местами. Новому командующему надлежало вести борьбу на прежних позициях до тех пор, пока не придет помощь с юга. Гитлер еще раз приказал создать мощную танковую группу в районе севернее Каунаса из соединений 4-й полевой и 3-й танковой армий и вновь перебрасывавшихся сюда сил. Командующие обеих армий справедливо указывали на то, что их кое-как восстановленная оборона без танковых дивизий не в состоянии противостоять русским ударам. На деле изъятие танковых дивизий откладывалось со дня на день, с недели на неделю, так как постоянно возникали все новые и новые кризисы, с которыми без танков бороться было невозможно. Группа армий «Север» по-прежнему должна была удерживать фронт по Нарве и в районе Чудского озера. Войска ее южного крыла, примыкающего к Западной Двине, отходили под нажимом противника в северо-западном направлении и после падения Даугавпилса (27 июля) были оттеснены к 11 августа на рубеж Екабпилс, Гулбене, Печоры, Чудское озеро.

Южнее Западной Двины русские, используя слабость оборонявшихся здесь немецких войск, уже в конце июля нанесли глубокий удар в северо-западном и западном направлениях. 29 июля они через Бауску и Елгаву (Митаву) вышли к Рижскому заливу у Тукума, отрезав группе армий «Север» пути отхода в Восточную Пруссию. На оставшемся крупном плацдарме южнее Западной Двины группе армий удалось прикрыть Ригу и свой тыл. В западном направлении передовые отряды русских вышли в район Куршеная, западнее Шауляя.

Тяжелые осложнения, сделавшие невозможным изъятие танковых дивизий из состава армий группы «Центр», начались еще в конце июля, когда русские возобновили свои атаки против 3-й танковой армии и северного фланга 4-й армии с целью прорваться севернее нижнего течения Немана на Тильзит, а южнее Каунаса выйти к границе с Восточной Пруссией. После того как 31 июля был оставлен Каунас, 3-я танковая армия в ходе многодневных исключительно напряженных боев была отброшена севернее Немана за реку Дубиса, испытывая после прорыва русских на Шауляй постоянную тревогу за свой северный фланг, который ей приходилось прикрывать вплоть до района севернее Таураге. Лишь 10 августа русские отказались от дальнейших попыток разгромить северный фланг этой армии и выйти к Тильзиту, и фронт стабилизировался южнее Расейняя.

Наступая южнее Каунаса, русские войска продвинулись до Мариямполе и Сувалок. 1 августа передовые танковые части русских уже почти вышли к восточно-прусской границе в районе Вилкавишкиса. Понадобилось бросить в бой крупные немецкие резервы, в том числе несколько подвижных дивизий предназначавшихся для восстановления связи с группой армий «Север» чтобы остановить русских непосредственно у самой восточно-прусской гра ницы. Лишь после того как примерно к 10 августа и здесь наступила разрядка приготовления к танковому удару в северном направлении были выдвинуты наконец, на первый план.

Против группы армий «Северная Украина» русские перешли в наступление 14 июля. Войска 1-го и 4-го Украинских фронтов стремились выйти к Висле в среднем ее течении, форсировать реку Сан и отбросить 1-ю танковую армию К Карпатам. Наступление началось прорывом в районе Броды, и через два дня армии Конева уже вышли, к Верхнему Бугу север нее Львова. Затем правое крыло 1-го Украинского фронта прорвало оборону 4-й танковой армии у Ковеля, в результате чего Модель, по-прежнему совмещавший командование группами армий «Центр» и «Северная Украина», принял решение отвести обе армии за Буг, дабы не допустить русского прорыва на стыке между ними. Но и на Буге задержаться не удалось. 22 июля русские были уже у Хелма, расположенного на западном берегу реки. В тот же день 1-я танковая армия была отброшена до восточных окраин Львова, в то время как ее южный фланг все еще находился восточнее Станислава на левом берегу Днестра.

В последующие дни замысел русских пробиться к Висле и Сану и отбросить 1-ю танковую армию к Карпатам стал очевидным. Положение этой армии осложнялось тем, что она имела задачу по возможности дольше удерживать рубеж Станислав, Львов, в то время как ее северный фланг оттеснялся энергично продвигавшимися русскими к Сану. К концу месяца русские вышли к Сану у Перемышля, Ярослава и западнее Тарногруда. Лишь 27 июля центр 1-й танковой армии отошел от Львова к Самбору, южный же фланг все еще продолжал удерживаться восточнее, в районе Стрыя, что вызывалось необходимостью прикрытия проходов через Карпаты, ибо потеря этих проходов открыла бы русским путь в Закарпатскую Украину и в Венгрию.

Еще 23 июля новый начальник генерального штаба сухопутных сил генерал-полковник Гудериан потребовал непременного удержания рубежа Сана и Вислы. Дальнейшее отступление надлежало прекратить, так как «иначе можно постепенно откатиться до Одера и Эльбы». Тем не менее с Сана к концу июля пришлось отойти, ибо русские 3 августа уже были в Жешуве. 6 августа они приступили к преодолению следующей водной преграды – реки Вислока, а также Вислы у Сандомира.

Наряду с этим глубоким вклинением в Галицию русское наступление с самого начала было нацелено на Среднюю Вислу и Варшаву. После форсирования Буга в районе Хелма армии 1-го Украинского фронта продолжали продвижение к Люблину и 24 июля овладели этим городом, оттеснив 4-ю танковую армию к Краснику и к Висле у Пулав. Используя это прикрытие с фланга, 1-й Белорусский фронт после форсирования Буга севернее и южнее Влодавы повернул на северо-запад и север с целью охватить южное крыло группы армий «Центр» и одновременно выйти к Варшаве. Последовавшее затем стремительное продвижение привело русских 24 июля к городам Бяла-Подляска и Лукув; центр русских войск приблизился к Седльце.

Для отражения этих исключительно опасных ударов Модель собрал все силы, какие только можно было использовать. Он поручил штабу 9-й армии, который с середины июля был снят с фронта, совместно с 4-й танковой армией обеспечить удержание Вислы между Пулавами и Варшавой. В польской столице, в которой уже назревало восстание, и на Висле к тому времени располагались лишь слабые части по охране тыла. 9-й армии были обещаны две пехотные и две танковые дивизии, основные силы которых должны были использоваться на создававшемся юго-восточнее Варшавы предмостном укреплении. 2-я армия, чей правый фланг находился все еще южнее Бреста, должна была выделить силы для прикрытия района Седльце. Так как войска 1-го Белорусского фронта северо-западнее Бреста уже вышли к Бугу, а в отдельных местах даже форсировали его, то далеко выдвинутому на восток Бресту в случае дальнейшего продвижения русских с юга грозило окружение. Хотя командование группы армий «Центр» еще раньше заявляло, что удержание Бреста из-за общей нехватки сил означало бы лишь их невосполнимую утрату, Гитлер вновь уступил лишь после того, как крепость была окружена. Гарнизону пришлось в течение 28-29 июля с тяжелыми потерями пробиваться на северо-запад. Несмотря на это совершенно ненужное осложнение, группе армий удалось подготовить новый рубеж для южного фланга 2-й армии, проходивший от Седльце до Бяла-Подляска, и настолько своевременно перебросить силы в район юго-восточнее Варшавы, что удар русских между Вислой и Бугом был отражен. 27 июля войска левого крыла 1-го Белорусского фронта натолкнулись в районе Гарволина на выдвинутые вперед немецкие силы. Вплоть до района Седльце и дальше развернулись упорные бои, в ходе которых русским временно удалось продвинуться между западным флангом 2-й армии и варшавским предмостным укреплением и сжать последнее со всех сторон. Но и этот кризис был ликвидирован в результате немецких контратак, приведших 3 августа к окружению и уничтожению прорвавшегося танкового корпуса русских. Значительное облегчение принесла авиация, совершившая в течение 28 июля 560 самолето-вылетов. Однако хроническая нехватка горючего делала подобную помощь возможной лишь в виде редких исключений.

Когда армии Рокоссовского, казалось, неудержимо продвигались к польской столице, польское подпольное движение сочло, что час восстания пробил. Не обошлось, конечно, и без подстрекательства со стороны англичан. Ведь призывать к восстанию население столиц, освобождение которых приближалось, стало со времени освобождения Рима и позднее Парижа их обычаем. Восстание вспыхнуло 1 августа, когда сила русского удара уже иссякла и русские отказались от намерения овладеть польской столицей с хода. Вследствие этого польские повстанцы оказались предоставленными самим себе. Вначале их успехи были ошеломляющими: большинство немецких военных и гражданских учреждений, находившихся в этом крупном городе, были отрезаны от внешнего мира; вокзалы заняты повстанцами, располагавшими минометами, 20-мм зенитными пушками и противотанковыми средствами; магистрали города блокированы. Лишь мосты через Вислу удалось удержать. Если бы русские продолжали атаковать предмостное укрепление, положение немецких войск в городе стало бы безнадежным. Теперь же в самой Варшаве и вокруг нее могли быть сосредоточены силы, достаточные для того, чтобы по крайней мере оказать помощь немецким учреждениям, вернуть себе вокзалы и не допустить перехода всей власти в городе в руки восставших.

Понадобилась, однако, жестокая и упорная борьба, затянувшаяся до октября, прежде чем гарнизон полностью подавил восстание. Для быстрого и основательного наведения порядка в городе гарнизону не хватало сил. Неделями невозможно было использовать ни одной городской магистрали. Лишь постепенно удавалось оттеснить восставших в отдельные районы города, где они, однако, продолжали сопротивляться со всем фанатизмом, присущим только полякам. Планомерными действиями крупных полицейских и эсэсовских частей, которые пришлось усилить самоходными установками, очищался один квартал за другим. В начале сентября немецкое командование предложило восставшим начать, переговоры о сдаче на довольно выгодных для них условиях. Руководивший восстанием польский генерал Бур-Комаровский отклонил это предложение, так как он, вероятно, знал о предстоявшем вскоре новом наступлении русских на Варшаву и об участии в нем польских частей. В результате наступления предмостное укрепление немцев на восточном берегу Вислы к 18 сентября было ликвидировано. Предместье Варшавы – Прагу пришлось эвакуировать, мосты через реку были взорваны. В тот же день над городом появились 120 четырехмоторных американских бомбардировщиков, сбросивших снаряжение, боеприпасы и продовольствие для поляков, энтузиазм которых, однако, уменьшился после того, как обнаружилось, что большая часть этих грузов попала в руки немцев и что, кроме того, сбито значительное число самолетов. Восставшие окончательно пали духом, когда немецкой 9-й армии в последующие дни удалось в самом начале отбить предпринятые освободителями на широком фронте попытки преодолеть реку. Немецкая оборона на Висле окрепла, и в городе были продолжены мероприятия по очищению его от повстанцев. После двухмесячной борьбы поляки сдались.

После того как удар на Варшаву в начале августа не достиг цели, русские перенесли свои атаки южнее. Здесь они еще в ходе преследования 4-й танковой армии создали два небольших плацдарма, один из которых – северный – находился непосредственно южнее устья реки Пилицы восточнее Варки на фронте вновь созданной 9-й армии, другой – в 80 км южнее у Пулав. За эти плацдармы в течение всего августа велись очень тяжелые, проходившие с переменным успехом бои. Из-за многочисленных трудностей, которые испытывали немецкие войска на всем Восточном фронте, неоднократно лишь в последний момент удавалось сосредоточивать достаточные силы у непрерывно расширявшихся плацдармов, сужать их контратаками и не допускать осуществления с них оперативного прорыва на Радом. Если здесь русским не удалось добиться успеха оперативного масштаба, то это объясняется, с одной стороны, несомненно, упорством оборонявшихся войск и весьма эффективной, хотя и эпизодической поддержкой 6-го воздушного флота, а, с другой стороны, также и тем обстоятельством, что свои основные усилия русские сосредоточили на других участках фронта.

В августе противостоящие группе армий «Центр» русские войска сосредоточили свои главные усилия восточнее Вислы против левого фланга 9-й армии и против 2-й армии. Здесь 1-й и 2-й Белорусские фронты стремились продвинуться между Вислой и Наревом к Восточной Пруссии. Когда обнаружились приготовления русских к этому наступлению, обе немецкие армии с целью экономии сил несколькими скачками отошли к 10 августа на рубеж северо-восточнее Варшавы, Венгрув, Замбрув, Нарев до Осовца и Августовского канала. В середине месяца начались атаки войск 1-го Белорусского фронта в междуречье Буга и Вислы. Они представляли большую опасность, тем более что к этому времени из армий группы «Центр» были изъяты почти все танковые дивизии для использования их отчасти против плацдармов противника на Висле, а главным образом для нанесения удара на северном крыле с целью восстановления связи с группой армий «Север». К 18 августа 1-й Белорусский фронт, бросив в наступление 60 – 70 стрелковых дивизий, 10 танковых и механизированных корпусов и 3 кавалерийских корпуса, при поддержке очень крупных сил авиации вынудил смежные фланги 9-й и 2-й армий отойти за Буг. В междуречье Буга и Вислы 9-я армия сохранила связь с Варшавой, После этих успехов войск 1-го Белорусского фронта 22 августа перешел в наступление и 2-й Белорусский фронт. Оба фронта предприняли попытку осуществить прорыв между Вислой и Наревом. В итоге боев, длившихся до 31 августа, в немецкую оборону, особенно в полосе 2-й армии, были вбиты многочисленные глубокие клинья, вынудившие армию к постепенному отходу вплоть до среднего течения Нарева, но не приведшие, однако, к намеченному русскими прорыву. После непродолжительной паузы оба эти фронта 3 сентября возобновили наступление и отбросили немецкие армии за Нарев. 9-й армии, правда, удалось удержать Модлин на Висле, однако русские образовали широкий и глубокий плацдарм у Пултуска. 2-я армия также не смогла помешать противнику создать несколько мелких плацдармов. 16 сентября, после того как русские ввели между Ломжей и Варшавой девять армий, насчитывавших в общей сложности 71 стрелковую дивизию, 5 танковых и несколько механизированных корпусов и 1 – 2 кавалерийских корпуса, эти бои закончились.

Высшее немецкое командование сознательно пошло на эту почти непосильную для обеих армий нагрузку, так как оно по-прежнему твердо намеревалось восстановить ударом с юга связь с группой армий «Север» и оставить ее на выдвинутых вперед позициях. Для осуществления контрудара были подготовлены два танковых корпуса в составе пяти танковых и одной гренадерской моторизованной дивизий. Он начался 16 августа – в тот самый день, когда фельдмаршал Модель был назначен главнокомандующим немецкими войсками на Западе и его сменил генерал-полковник Рейнгардт, до тех пор командовавший 3-й танковой армией. Теперь командование этой армией, наступавшей в северном направлении, принял генерал Раус.

Так как 1-й Прибалтийский фронт после прорыва на Елгаву и Шауляй бросил свои основные силы против 16-й армии, оборонявшейся южнее Западной Двины, внезапно предпринятый с рубежа Кельме, Тельшяй немецкий контрудар вначале натолкнулся лишь на слабое сопротивление. Действовавшие здесь немецкие войска повернули на северо-восток и к исходу второго дня вышли в районы западнее Шауляя и южнее Жагаре. Одна из боевых групп продвинулась даже до Ауце в 30 км юго-западнее Елгавы. Под первым впечатлением этих успехов танковым корпусам были поставлены новые широкие задачи. Обладавший безудержной фантазией Гитлер и темпераментный Гудериан видели корпуса уже на рубеже Кедайняй, Паневежис, Биржай,откуда предполагалось нанести удар по глубокому флангу противника и увлечь 3-ю армию в наступление на Каунас. Два следующих дня ознаменовались весьма незначительным продвижением, но события 20 августа вновь возродили все надежды. В этот день был взят Жагаре, а северная боевая группа вышла к Тукуму, откуда при поддержке тяжелого крейсера «Принц Евгений» пробилась к южному побережью Рижского залива и восстановила связь с группой армий «Север». Казалось, сама судьба благоприятствовала принятию «большого решения». И если бы оно было принято, то это наступление, связанное со столь большим риском для остальных фронтов группы армий, принесло бы неоценимую пользу. Гудериан тотчас же вновь поднял вопрос об отводе группы армий «Север», однако натолкнулся на самые резкие возражения со стороны Гитлера, вновь заявившего, что по политическим причинам, равно как и по соображениям морской стратегии такое решение неприемлемо. Больше того, Гитлер, по приказу которого еще до начала контрудара в распоряжение командующего группой армий «Север» была переброшена по воздуху пехотная дивизия, несколько дней спустя потребовал, чтобы через пробитую у Тукума брешь группе армий «Север» немедленно была подброшена еще одна танковая дивизия. Он предпочел бы скорее согласиться на новое окружение группы армий «Север», чем отказаться от усиления последней танками. А угроза окружения в последующие дни становилась действительно все отчетливее. Немецкое наступление у Шауляя захлебнулось, снова пришлось оставить Жагаре и лишь у Ауце усиленная к тому времени боевая группа пока еще продвигалась в направлении Елгавы. 28 августа наступление обоих танковых корпусов было остановлено. Однако русские располагали на этом участке недостаточно крупными силами, чтобы немедленно ответить на немецкий прорыв наступательными действиями. Их 1-й Прибалтийский фронт должен был удерживать район Шауляя и Елгавы, пресекать попытки возможного в любой момент прорыва 16-й армии с предмостного укрепления южнее Западной Двины и, наконец, наступательными действиями севернее Немана сковывать еще повернутый фронтом на восток фланг 3-й танковой армии.

Самый сильный нажим на группу армий «Север» русские оказывали в течение августа на ее восточном фланге. Нарвский перешеек, несмотря на то, что сам город 31 июля перешел в руки русских, по-прежнему удерживался немецкой оперативной группой, хотя связь с 18-й армией по юго-западному берегу Псковского озера в результате предпринятого 2-м Прибалтийским фронтом в середине августа удара была прервана. Русские наступали здесь через Печоры на Выру, который и был ими взят 14 августа. Несколькими днями позже они форсировали узкий рукав, соединяющий Псковское и Чудское озера, и, сочетая этот удар с охватом с юга, стали угрожать Тарту с востока и юга. Здесь их сил также оказалось недостаточно для того, чтобы сломить упорное немецкое сопротивление, усилившееся благодаря переброске сюда подкреплений, и разорвать немецкий фронт. Лишь к концу месяца Тарту пал, после чего на этом направлении наступило затишье.

Следующий удар по группе армий «Север» русские нанесли в августе севернее Западной Двины в направлении Риги. Немецкая оборона проходила здесь почти вдоль всей железной дороги Екабпилс-Гулбене. В течение нескольких недель русские атаковали в центре этого участка в районе Мадоны. Но и здесь они оказались не в состоянии сломить сопротивление немецких войск и вынуждены было приостановить свои атаки. С начала сентября противник приступил к прорыву подготовленной обороны южнее Риги. Для ослабления нажима русских войск на оборонявшуюся здесь 16-ю армию немецкая танковая группа возобновила контратаки западнее Елгавы, оказавшиеся весьма успешными. 20 сентября Гитлер возложил руководство боевыми действиями в районе между Неманом и Ригой полностью на командование группы армий «Север», передав в его распоряжение и 3-ю танковую армию. Это было весьма спорное решение, так как внимание группы армий «Север» было рассредоточено по всему району Прибалтики вплоть до Нарвы и заинтересованность ее в 3-й танковой армии вряд ли могла выйти за рамки сохранения узкого коридора севернее Елгавы, в то время как усилия 3-й танковой армии были направлены на оборону восточно-прусской границы севернее и южнее Немана. Непрочный северный участок обороны 3-й танковой армии, доходивший до района западнее Елгавы, мог удерживаться лишь до тех пор, пока противник считал нужным с этим мириться. Но в случае новой русской попытки осуществить прорыв коридор неизбежно был бы ликвидирован, а вместе с ним – и последняя возможность использовать группу армий «Север» для обороны уже охваченной с востока и юга Восточной Пруссии. Предполагалось, что такой удар русских не заставит себя долго ждать, тем более что в начале месяца вышла из войны Финляндия и у русских теперь высвобождалась большая часть использовавшихся там армий.

  • SsangYong Kyron в Чехове: ремонт кайрон. Расcчитай цену ремонта.